Все новости
Твои люди, село
9 Января 2019, 13:04

«В деревне птицы не умирают»

Агафье Янтураевой из села Николаевка 98 лет. За свою долгую жизнь она многое видела: помнит коллективизацию, войну, то, как строилась Черниковка, как развивался наш район.

Агафье Янтураевой из села Николаевка 98 лет. За свою долгую жизнь она многое видела: помнит коллективизацию, войну, то, как строилась Черниковка, как развивался наш район.


Агафья Алексеевна родом из села Николаевка. Собеседница рассказывает, что ее мать родила десятерых детей, из которых выжили только четверо. Раньше не было врачей, малыши умирали кто от дизентерии, кто от оспы. Когда началась коллективизация, Агафье было десять лет. И она хорошо помнит те времена.


Родители мои не сразу вступили в колхоз. К нам приходила какая-то женщина, которая отговаривала их стать колхозниками. Она курила трубку и говорила, что у людей отберут скотину и всем «на лоб поставят печати»,вспоминает Агафья Алексеевна.

Сама же девочка начала работать с 15 лет. Трудилась, где придется - уезжала в пригородный совхоз, там сажала рассаду и семена овощей, работала в поле. Ночевать приходилось в местном клубе, спали прямо на полу, на соломенной подстилке.


В январе 1941 года Агафья устроилась разнорабочей на строительство завода в Черниковке (ныне УМПО). Техники тогда не было, вручную таскали кирпичи и раствор, копали траншеи.
- Завод был военный, и нам запрещали говорить, где мы работаем. Лопата, кирка и лом – весь инструмент, который был у нас в руках,говорит наша собеседница.

Черниковка тогда только строилась, люди жили в бараках, где даже не было перегородок. Агафья поселилась в одном из них, где уже проживали четыре семьи. Пять месяцев она спала на полу, потому что не было места поставить кровать. Но в июне началась война. Мужчин забрали на фронт, их жены с детьми вернулись в родные деревни, рабочие бараки опустели… Нашлось место, где спать, но жизнь сильно изменилась.


Выдавали по 600 граммов хлеба в день по карточкам. А неработающим и детям выделяли вдвое меньше. Хлеб был не такой, как сейчас, а ржаной, сырой. Крупы, сахара вообще выделяли по чуть-чуть. Тяжелые были годы, голодные, делится Агафья Янтураева.

В 1948 году Агафья Алексеевна познакомилась с Николаем Янтураевым. Парень был родом из совхоза «Карламан», долгое время жил на Камчатке, потом приехал, устроился на работу в Уфе. Молодые поженились. В 1950 году у них родился сын Александр, в 1951 – дочь Надежда, в 1955 – Татьяна. А в 1957-ом Николай трагически погиб, попал под поезд. Агафью с тремя малолетними детьми брат перевез в Николаевку. «Устроишься на работу в колхоз, посадишь огород, голодными не будете. В деревне птицы не умирают», – посоветовал он.


Она послушалась. Переехала в родную деревню, купила ветхую избушку.


- Первым делом приобрела дойную корову на кармаскалинском рынке. Три года жили в этом старом домике, но потом крыша стала проваливаться. Потолок придавил сервант. Позвала брата делать ремонт, а в гнилые бревна даже гвозди не забивались. Продала корову, заняла деньги и купила дом шесть на четыре метра с полом, потолком, окнами. Перевезли его, поставили. В этом доме мы и жили, в нем женила детей,продолжает Агафья Янтураева.

Сама работала всю жизнь в совхозе. Летом – на свекле, зимой – где придется – то снег гребли, то ферму ремонтировали. А в трудовой книжке все эти годы числилась «сезонной рабочей» и так получилось, что пенсию начислили маленькую. И даже сейчас, в свои годы, Агафья Алексеевна получает небольшие деньги.


Дети из дома разлетелись, но мать их и не держала никогда. Ухаживала за огородом – полола грядки, сажала картошку, держала хозяйство. До 91 года жила одна. Потом к ней переехала младшая дочь Татьяна. Вместе с мужем и детьми построили Агафье Алексеевне новый просторный дом. Дочь говорит, что вплоть до прошлого года мама работала в огороде, ощипывала птиц на «гусиных праздниках», читала газеты. Сейчас сил осталось меньше.


На вопрос «В чем секрет долгожительства?», отвечает, что, наверное, Бог дал ей долгие годы жизни за то, что терпела нужду, голод, лишения, за то, что прошла коллективизацию, пережила войну и смерть мужа. Агафья Алексеевна никого не осуждает, но говорит, что жизнь сейчас другая. Молодежь избалованная. Родители получают пенсию, поддерживают детей. А они деньги не ценят – тратят, на что попало.


У нее все было по-другому. С детских лет она трудилась, искала лучшей доли, потом одна растила детей, даже на заслуженном отдыхе не сидела, сложа руки. Сейчас наша собеседница говорит: «Ашау байдан, улем Ходайдан». Она улыбается, глаза ее светятся теплом, и видно, что она счастлива.